Прошлое, какое бы оно ни было, всегда удостоено особого отношения к себе. События можно забыть или, наоборот, вернуть из глубин памяти. Исторический опыт влияет на человека: меняет его и выстраивает его представления о действительности. У современного человека появились новые инструменты сохранения памяти. Исследуем, как цифровые технологии помогают сохранять и переживать опыт прошлого.
Иллюстрация: Надя Луценко
Изучением того, как в обществе происходит становление, передача и закрепление знаний о прошлом, занимается история памяти [3]. Это исследовательское направление выявляет, каким значением и смыслом настоящее наделяет события прошлого. Оно наследует идеи французской школы «Анналов», анализируя не факты и даты, а восприятие и образы событий прошлого, бытовавшие у людей. Истории памяти посвящены труды многих зарубежных и отечественных учёных, например, Жака Ле Гоффа, Яна и Алейды Ассман, Поля Рикёра, Лорины Петровны Репиной.
Алейда Ассман подчёркивает, что одной «истории» нет, так как она распадается на множество жизненных опытов, отличных друг от друга. Представления о прошлом субъективны. Они изменяются под внешним влиянием — впитывают ценности и настроение социального окружения.
Восприятие прошлого во многом зависит от идеалов, целей и переживаний конкретного поколения. Со сменой поколений трансформируется и понимание исторического прошлого. Общая память о прошлом складывается, когда человек или группа людей делится личными воспоминаниями с кем-либо. Так происходит передача опыта, внедрение его в систему представлений другого. Грань между рассказчиком и аудиторией, в более широком контексте — между поколениями, понемногу стирается [1].
Цифровые технологии помогают делиться воспоминаниями о прошлом, распространять их на большой круг лиц. Рассказы об историческом опыте всё чаще дополняются не только привычными иллюстрациями, но и элементами виртуальной реальности.
Примером этого является немецкий проект 2018 года War Children: Using AR in a Documentary Context. Его цель — при помощи технологий дополненной реальности передать воспоминания людей о собственном детстве во время Второй мировой войны. Представление индивидуального опыта прошлого таким образом, по мнению авторов проекта, делает воспоминания более доступными, понятными и запоминающимися для окружающих, в особенности для «цифрового поколения» (на англ. — digital native), т. е. для людей, привыкших потреблять информацию через цифровые ресурсы [8].
Мобильное приложение, разработанное для iOS-устройств, знакомило пользователей с личными историями трёх женщин из разных стран — России, Великобритании, Германии. Пользователи могли не только слышать, но и видеть рассказчицу, словно она сидит перед ними. Контент, дополненный различными визуальными элементами (искрами, снегом, дымом, самолётами), был привязан к среде пользователя. Повествование также дополнялось архивными фото- и видеоматериалами. Например, пользователь видел суровые зимние пейзажи в СССР или бомбардировку Лондона, что усиливало восприятие.
Встраивание записи очевидца в реальную среду в проекте War Children [8]
Во время записи интервью особое внимание уделялось комфорту рассказчиков в связи с их преклонным возрастом. Съёмка производилась в ближайших студиях с использованием технологии «зелёного экрана». Авторы проекта использовали две камеры Sony FS7: одну для записи в положении сидя, другую — стоя, а также камеру Kinect 2 для съёмки глубинного изображения [8].
Одна из постоянных экспозиций Иллинойского музея Холокоста (США) The Journey Back использует технологии виртуальной реальности (VR) для представления воспоминаний об этой трагедии [6]. Зрители проходят путь вместе с рассказчиком. В его историю сильнее погружают иммерсивная съёмка, объёмный звук, демонстрация архивных материалов и реконструированных мест трагедий. Понять масштабы лагерей позволяют панорамное сканирование окружающей среды и видеозаписи местности с большой высоты.
The Journey Back
Экспозиция активно пополняется историями переживших Холокост. Don’t forget me — так называется одна из историй. В этом VR-фильме бывший узник Освенцима Джордж Брент рассказывает о своём счастливом детстве и о том, с чем пришлось столкнуться его семье, когда они были депортированы в лагерь смерти [7].
Герой VR-фильма Джордж Брент на фоне бараков Освенцима. Источник: Illinois Holocaust Museum & Education Center
В ноябре 2021 посетителям был представлен фильм A Promise Kept, повествующий о жизненном пути Фрици Фрицхаль. В декабре 2023 года состоялась премьера VR-истории Walk to Westerbork. Её героиня — Роди Гласс вспоминает о том, как оказалась в концентрационном лагере Вестерборк в Нидерландах. Некоторые из этих фильмов были показаны в Еврейском музее и центре толерантности в Москве.
В Иллинойском музее действует голографический театр, где посетителей встречают рассказчики, представленные в виде голограмм. Благодаря технологии распознавания голоса, они могут вести диалог с аудиторией, создавая эффект живого общения.
Выжившая узница Освенцима Фрици Фрицхаль на фоне своей голограммы. Источник: Illinois Holocaust Museum & Education Center
Концепция культурной памяти, разработанная Алейдой Ассман, подчёркивает, что память существует на двух уровнях: активном (используемом для интерпретации настоящего) и пассивном (хранящемся в архиве) [2]. Личные воспоминания переводятся из разряда пассивной памяти в активное пространство, где зритель становится участником диалога с прошлым.
AR- и VR-технологии не только помогают оживить воспоминания об исторических событиях, но и создают эмоциональную связь между поколениями. Так формируются общие символы памяти, основанные на визуальных образах.
Воспоминания — мост между поколениями. Цифровые технологии «оживляют» прошлое и открывают новый способ переживания истории. Это не только взгляд назад, но и шаг вперёд в осмыслении памяти через технологии.
Компания Google представила много новых ИИ-продуктов, а модель GPT опровергла известную математическую гипотезу Пала Эрдёша — рассказываем, что произошло в мире ИИ за последнее время
Facebook* и Instagram* будут сканировать фото и видео, чтобы находить детей, которые скрыли свой возраст
Можно ли заниматься NLP, если при словах «производная» и «матрица» хочется закрыть ноутбук? Да — если изучать математику не абстрактно, а через реальные задачи. Объясняем, какие разделы действительно нужны джуну,…