В художественных произведениях часто упоминаются исторические личности. Что будет, если посмотреть на русскую литературу XIX века через упоминания реальных людей? Кем являются главные «герои» этой эпохи? Возможно, вы удивитесь, но это далеко не императоры и полководцы. Исследовательница из НИУ ВШЭ Дарья Герасименко попыталась ответить на эти вопросы с помощью библиотеки SlovNet
Иллюстрация: Женя Родикова
То, что русская литература XIX века наполнена историческими личностями, наверное, никого не удивит. Все мы еще со школы помним Кутузова, Наполеона и Александра I из «Войны и мира» равно как и упоминание того же Наполеона в теории Раскольникова. Однако в литературном процессе участвовали не только «школьные» классики, но и множество других литераторов, чьи произведения «населены» самыми разными историческими персонами. Дарья Герасименко провела исследование [1], которое позволило выявить частоту упоминания разных исторических личностей в прозе, установить, какова их роль в произведении, и объяснить ее экстралингвистическими факторами.
В исследовании рассматривались только названные имена в разных вариантах написания (например, «Буонапарт», «Буонапарте» и др.), а авторские намеки и иносказательные формы не учитывались. Иначе обработать огромный корпус русской литературы XIX века было бы просто невозможно — пришлось бы перечитать ее всю.
Кроме того, в выборку не вошли исторические лица, которые являются персонажами произведений. Они перестают быть собственно историческими личностями и начинают подчиняться воле автора, а кроме того, естественным образом превалируют над остальными историческими личностями по количеству упоминаний. Так что в ходе исследования толстовский Наполеон должен был быть отброшен, а Наполеон Достоевского, фигурирующий в теории Раскольникова, наоборот, учтен. Итоговая выборка составила 571 имя.
Работа проводилась с помощью библиотеки SlovNet, которая умеет решать NER-задачи (то есть распознает именные сущности в тексте, о чем можно подробнее почитать в этом материале «Системного Блока») и библиотеки Navec, которая представляет слова в виде набора чисел, позволяя автоматизировать обработку текста.
Русские художественные прозаические тексты XIX в. были взяты из корпуса русской нарративной прозы XIX в., составленного Олегом Собчуком и Евгенией Лекаревич. Корпус содержит 506 прозаических произведений, изданных впервые в XIX — начале XX века. Отбор извлеченных из корпуса имен производился с помощью библиотеки wikipedia (версия 1.4.0). Она позволяет получить доступ к Википедии и брать оттуда базовую информацию о встреченных исторических личностях, в том числе их дату рождения. Это важно, потому что люди, родившиеся после 1870 года, едва ли могли упоминаться в литературе 1800–1900 гг. в качестве исторических лиц.
Первые пиковые значения по частоте упоминаний исторических лиц приходятся на 1830-е годы. Это объясняется модой того времени на исторические романы, которая началась с выхода в 1829 и 1830 годы исторических романов «Юрий Милославский» М. Н. Загоскина и «Дмитрий Самозванец» Ф. В. Булгарина. В следующие семь лет вышло более 70 исторических романов [2], однако к 1840 году интерес к теме спал.
Следующий пик, приходящийся на 1860–1870-е годы, можно объяснить увеличением общего числа публикаций, а также актуализацией исторических тем, вызванной реформами Александра II, участием России в войнах и другими важными общественно-политическими событиями. Вероятно, то же можно сказать и о пике 1880–1890-х годов, когда с приходом к власти Александра III политический вектор снова сменился.
Восемь из десяти самых упоминаемых персоналий в произведениях 1860–1890-х годов — литераторы. Оставшиеся двое — Александр Суворов и Емельян Пугачев. Упоминания Суворова обусловлены его выдающимся статусом. Он упоминается в трех случаях:
«Нет, не надобно забывать Суворова и его правила: не ставить себя в положение атакованного, а атаковать самому» (Л. Н. Толстой «Война и мир», 1869);
«Что Суворов на то и говорил: раз счастье, два счастье, а на третий надо же и уменье» (А. Ф. Писемский «Взбаламученное море», 1863);
«…портреты Цицерона и Суворова безжизненно красовались по боковым стенам» (Ю. В. Жадовская «В стороне от большого света», 1857).
Пугачев же предстает как собирательный образ бунтовщика и упоминается в двух типах контекстов:
«Отец мой Пугачева-изверга помнит» (Ф. М. Достоевский «Село Степанчиково и его обитатели», 1860);
«Если власть есть перенесенная на правителя совокупность воль, то Пугачев есть ли представитель воль масс?» (Л. Н. Толстой «Война и мир», 1869).
В прозе 1860–1890‑х годов чаще всего упоминаются А. Пушкин, У. Шекспир, Н. Гоголь, Вольтер, В. Белинский, И. Тургенев, М. Лермонтов и Ф. Шиллер. Такие упоминания связаны с цитированием их произведений и описанием книжных предпочтений героев. Это позволяет говорить о литературоцентричности русской прозы XIX века.
Как показано на диаграмме, с огромным отрывом лидирует Пушкин, которого начали упоминать в литературе еще при жизни, отсылая к его произведениям:
«Буало насчитал в Париже до двух Лукреций; Пушкин в целой России не находит трех пар стройных ножек…»
(А. А. Бестужев (Марлинский) «Фрегат Надежда», 1834).
Это подтверждает тезис А. И. Рейтблата о том, что Пушкин «быстро приобрел уникальный, в некоторой степени сакральный статус» [3]. Конечно же, Системный Блокъ тоже не обошел вниманием этого писателя: например, здесь можно почитать о семантическом издании его текстов.
Особенно часто исторические лица упоминаются в произведениях П. Ф. Якубовича (75 раз), И. А. Кущевского (55 раз), С. В. Максимова (более 40 раз), И. А. Гончарова (более 35 раз) и А. И. Эртеля (более 30 раз). В произведении Якубовича «В мире отверженных: записки бывшего каторжника» (1899) в основном встречаются имена писателей и поэтов: Пушкина, Диккенса, Майн Рида и др. Стоит отметить, что и само название книги — отсылка к произведению «Отверженные» Виктора Гюго (кстати, этот писатель тоже неоднократно упоминается в тексте). А в романе И. А. Кущевского «Николай Негорев, или Благополучный россиянин» (1872) есть такой пример:
«Один ученый муж посоветовал издавать журнал в гимназии на том основании, что Пушкин в лицее тоже издавал журнал».
Здесь Пушкин выступает как авторитет и образец для подражания. Такое обращение к поэту было типично для рассуждений о судьбах России и воспитании нового поколения.
Исследование показало, что русская проза XIX века насыщена отсылками к историческим личностям, в первую очередь — к писателям. Частотность их упоминания возрастает в переломные для России исторические периоды. Обращения к историческим лицам помогают персонажам осмыслять прошлое и искать новые пути развития страны, а упоминания писателей служат характеристикой персонажей.
Компания Google представила много новых ИИ-продуктов, а модель GPT опровергла известную математическую гипотезу Пала Эрдёша — рассказываем, что произошло в мире ИИ за последнее время
Facebook* и Instagram* будут сканировать фото и видео, чтобы находить детей, которые скрыли свой возраст
Можно ли заниматься NLP, если при словах «производная» и «матрица» хочется закрыть ноутбук? Да — если изучать математику не абстрактно, а через реальные задачи. Объясняем, какие разделы действительно нужны джуну,…