![](https://sysblok.ru/wp-content/uploads/2023/12/chto-chitajut-sb1.jpg)
![](https://sysblok.ru/wp-content/uploads/2023/12/prep-1.png)
Полина Колозариди,
академический руководитель магистратуры Digital Humanities ИТМО, проводница цифровой инфраструктуры и исследований
Digital Humanities in the 21st Century: Digital Material as a Driving Force (Niels Brügger)
В статье Брюггер разделяет цифровые, оцифрованные и цифророждённые объекты, говоря о культурных объектах. Он пишет, что при работе с цифровыми культурными объектами нужно понимать, как цифровые объекты оказались в цифровом виде. И предлагает классификацию из трёх вариантов:
- оцифрованные (были ли они когда-то аналоговыми, а стали цифровыми)
- цифророждённые (появились уже как цифровые)
- цифровозрождённые (были в некотором цифровом виде, а теперь мы имеем копию этих объектов)
Через это разделение мы на программе можем думать, например, про музейные коллекции, архивы, тексты.
При этом Брюггер учитывает, что есть не только работа с объектами как таковыми, но есть ещё и практики. Антропологи и интернет-исследователи изучают сквозь призму цифровых объектов, какие существуют практики письма и чтения, какие практики стоят за использованием и взаимодействием с цифровыми объектами и архивами. Для таких исследований нужны подходы разных междисциплинарных направлений. При этом сам Брюггер — филолог, и свой подход к исследованиям он строит из филологических оснований. Он предполагает первенство филологии среди наук, как той, которая может найти мета-язык, основной подход ко всему, что происходит с цифровыми и другими видами объектов.
В магистратуре Digital Humanities в ИТМО, где встречаются люди из разных дисциплин, безусловно, нет полного согласия, например, по поводу главенства филологии. Тем не менее поскольку этот текст так ярко заявляет филологическую позицию, он является хорошим основанием или того, чтобы согласиться с ним или поспорить.
Bankspeak. The Language of World Bank Reports 1946–2012 (Franco Moretti, Dominique Pestre)
Если текст Брюггера скорее похож на манифест, то это исследование Моретти и Пестре уже представляет собой хороший пример того, как гуманитарные исследователи могут подходить к конкретной гуманитарной проблеме с помощью цифровых методов. Эта работа — текстологическое исследование языка и риторики мирового банка. На основе филологического подхода авторы изучают при помощи количественных методов и тексты, и контексты.
Результат исследования — не просто статистика в духе «этих слов больше, а этих слов меньше». Моретти и Пестре дают ясное понимание того, что такое собственно банк, как меняется язык в контексте более глобальных изменений институтов. Например, банк в этих документах всегда действует, но не сам по себе. Он с помощью своего ускорения помогает экономикам расти. Но у этого ускорения и движения нет результатов, сам процесс «роста» и «ускорения» как будто заменяет собой результат.
The Digital Humanities Situation. Debates in the Digital Humanities (Alvarado, R. C.)
Текст Альварадо кажется ценным, потому что в нём он говорит о ситуации цифровой гуманитаристики. Ситуация как то, что объединяет и одновременно разъединяет, переконфигурирует отношения между науками.
Мне кажется, интрига у Альварадо состоит в том, чтобы подумать, почему DH — это ситуация, а не раздел науки. Есть ли выход из этой ситуации? Есть ли другие рядоположенные в этой ситуации? Почему это важно? Почему это важно для сегодняшних профессий? Или в контексте того, как мы определяем, что такое цифровое и гуманитарное вообще? Меняется ли смысл слова «гуманитарное» оттого, что мы добавляем «цифровой»?
Текст Альварадо, конечно, не отвечает на все эти вопросы. Но он позволяет увидеть их как развилки и понять про себя, что значит быть в ситуации цифровой гуманитаристики. Ведь о современном знании мы говорим как о расположенном (situated knowledge). Если так, то нужно понять, в каком месте, в какой ситуации оно и мы расположены, и почему называем себя Digital Humanities.
Participation, Remediation, Bricolage: Considering Principal Components of a Digital Culture (Deuze, M.)
На мой взгляд, это принципиальный текст в контексте того, что такое цифровая культура в нашей магистратуре. Мы работаем с понятием «культурных институций». Равна ли культура культурным институциям? Конечно, нет. Мы говорим о культуре в довольно разном контексте. Мы говорим о том, что наше взаимодействие, чтение телеграм-каналов, использование цифровых сервисов тоже является культурой. При этом мы можем объявить культурой всё что угодно и само это слово потеряет смысл. Дойз пытается его отстоять и говорит о том, что именно у цифровой культуры есть некоторые основания, которые отличают её от другой — это культура участия, ремедиация и бриколаж.
Metaphors Reflecting and Shaping the Reality of the Internet: Tool, Place, Way of Being (Markham, A. N.)
Это текст про метафоры интернета. Аннет Маркхэм разговаривала с первым поколением интернет-пользователей, чтобы понять, что для них — интернет, и выделила три ключевых метафоры интернета: интернет как место, инструмент и способ быть (way of being). Эти метафоры, мы можем поймать в речи: «—А где ты прочитал? — В интернете», «—А как ты мне это пришлешь? — через интернет». Вот два разных способа грамматического использования метафоры интернета как инструмента и как пространства. Но дело не только в грамматике. Дело ещё и в том, что если интернет — это место, то оно отличается от других мест, то есть онлайн и офлайн — разные пространства.
Если мы говорим про интернет как инструмент, то он тоже может быть разным. Может быть, инструмент, который позволяет включать в себя какие-то элементы, инструмент, который позволяет менять часть мира, взаимодействовать, быть инструментом производства. То есть инструмент — это довольно широкая метафора. При этом, в отличие от пространства, у инструмента нет границ и мы можем говорить, что интернет может быть не только внутри онлайн-пространства.
Почему это важно в контексте изучения цифровых объектов и практик? Потому что если интернет — это часть жизни, то, возможно, нам не стоит изучать его отдельно. Вопросы, которые ставит Маркхэм, — те вопросы, с которых и начинается обретение своей идентичности в сфере Digital Humanities. Как мы понимаем, что такое Digital? Как мы понимаем, где Digital существует? Как обращаться с ним как с местом, как с инструментом? На какие академические традиции или проектные практики можно здесь опереться?
![](https://sysblok.ru/wp-content/uploads/2023/12/prep-4.png)
Екатерина Колычева,
преподаватель курса «Антропология социальных медиа» в магистратуре DH-центра ИТМО, аспирантка факультета антропологии Европейского Университета в Санкт-Петербурге
Курс, который мы читали вместе с Полиной Колозариди у магистрантов второго курса DH в ИТМО, во многом построен вокруг антропологического исследования Why We Post? Дэниэла Миллера и его команды. Это исследование посвящено изучению того, как люди меняют интернет.
На курсе, кроме прочего, мы пытались нащупать потенциальную ценность антропологии для студентов DH-программы. В связи с этим, я хочу посоветовать несколько статей/книг, которые мы так или иначе обсуждали по ходу курса и которые, на мой взгляд, могут помочь DH-специалистами иначе, по-антропологически смотреть на свой предмет исследования.
Materiality: An Introduction и A Theory of a Theory of the Smartphone (Daniel Miller)
В далеком 2005 году за редакцией Д. Миллера вышел сборник статей под названием Materiality. Эта книга находится в русле «материального поворота», диктующего внимание к материальным объектам, вещам как акторам и производителям социального действия, социальных отношений. Однако введение Миллера к сборнику может быть примечательным для тех, кто уже прочитал книги Why We Post? или ознакомился с курсом, который участники Клуба любителей интернета и общества перевели на русский язык. Здесь Миллер проводит важную для его последующих исследований (и для антропологии как науки в целом) критику теории, находясь при этом в сильной академической дисциплинарной традиции.
Моя любимая цитата: «Показав, что мы (антропологи) можем быть философами (теоретиками), нам нужна смелость отказаться от этой амбиции и вернуться к этнографической эмпатии и обычному языку». В дальнейшем эта критика воплощается в статье под названием «Теория теории смартфона», где теперь автор предпринимает попытки «дефетишизировать» теорию, которая становится маркером элитарности научного знания.
Экскоммуникация (Александр Р. Гэллоуэй, Маккензи Уорк, и Юджин Такер)
На курсе мы обсуждали не только возможные дефиниции понятия «социальные медиа» (спойлер: мы так и не нашли единого определения и раскритиковали предложенное Миллером), но и различные антропологически ориентированные способы исследования социальных медиа. Так, к нам приходил Илья Крапивин, чтобы рассказать, как существует мусульманский «бренд без лица» и как социальные медиа, воспринимаемые Миллером как «масштабируемая социальность», становятся площадкой для продажи услуг и товаров.
В разговоре со студентами мы также пришли к более широкому выводу, что социальные медиа в некоторых случаях перестают выполнять те функции (или ломают их), которые были в них заложены. В этом контексте мы вспомнили замечательную, недавно вышедшую на русский язык книгу «Экскоммуникация», которую я люблю еще с курса Антона Гуменского в Шанинке про антропологию медиа. Экскоммуникация в понимании трех авторов эссе, переведенных и напечатанных в книге, проливает свет на то неожиданное обстоятельство, что в самом акте коммуникации заложен его конец, то есть высказывание изначально не предполагает какого-либо ответа.
Глубокая игра: Заметки о петушиных боях у балийцев (Клиффорд Гирц) и Big Data (Денис Сивков)
В 2017 году в издательстве Ad Marginem вышел перевод классического исследования К. Гирца о петушиных боях, дополненное комментариями Дениса Сивкова о том, как антропологам живется и работается в эпоху больших данных. Кроме того, что я нашла много всего интересного и доселе неизведанного после перечитывания текста Гирца (например, гирцевское понимание «культуры как текста», растущее из аналитической философии; отсутствие единственного универсального вывода о том, что же такое петушиные бои для балийцев, а также этические и постколониальные вопросы, которые наслаиваются на текст Гирца спустя десятилетия после его написания), я также задумалась о вопросе, который может быть наиболее актуален для DH-специалистов, а именно о смешанных методах исследования.
![](https://sysblok.ru/wp-content/uploads/2023/12/prep-3.png)
Александра Кейдия,
преподаватель курса «UX-исследования» в магистратуре DH-центра ИТМО, UX-исследователь
Дизайн для реального мира (Виктор Папанек)
Если кратко, то суть книги можно описать тезисом: дизайн для реального пользования требует куда большей ответственности от проектировщика, чем дизайн для условной продажи чего-то заветной целевой аудитории.
Дизайн у Папанека — это не про эстетику, а про то, чтобы идентифицировать и предлагать решения проблем реальных людей, которые могут иметь разный социально-экономический статус, разный уровень образования, проживать на разных территориях.
Эту книгу особенно интересно читать, если до этого вы уже сталкивались с текстами из Science and Technology Studies. Папанек приводит примеры из своей практики, они хорошо ложатся в те концепции социальных исследователей, которые будут созданы через десять с небольшим лет после издания «Дизайна для реального мира». Например, статья «De-Scription of Technical Objects» Мадлен Акрич отчасти про то, что опыт реального использования объекта пользователями далеко не всегда совпадает с тем, как это пользование представляет проектировщик.
Книга написана в критическом духе, что неудивительно для времени её публикации. Несмотря на публикацию текста более 40 лет назад, отражение идей из книги можно найти в основных принципах проектирования и разработки пользователе-центричных продуктов и сервисов.
Основы юзабилити-тестирования. На старт внимание… тест! (Кэрол М. Барнум)
Если у вас не было опыта проведения юзабилити-тестирований и вам нужно разобраться в том, как их применять на практике с учетом всех методических нюансов, организационных ограничений и особенностей полей, в которых вы работаете, то текст обязателен к прочтению.
Это быстрый экскурс в боевые инструменты специалиста по пользовательскому опыту неважно, кто вы — исследователь, дизайнер или находитесь в другой роли. Эвристические и экспертные оценки, модерируемые юзабилити-тестирования, сбор и анализ юзабилити-метрик — в книге пошагово расписано, как подходить к тому или иному инструменту от этапа планирования до анализа и подготовки отчёта. С избытком даны ссылки на другие источники, если захочется углубиться в какую-то конкретную тему.
Рекомендую к прочтению главу о пользователях и их целях. В этой главе и в книге в целом уделяется отдельное место тому, что использование технологий имеет различие в зависимости от гендера, географии, возраста пользователя. В тексте много ссылок на исследования, которые помогают учиться быть чувствительными к этому.
![](https://sysblok.ru/wp-content/uploads/2023/12/prep-2-1.png)
Анна Козлова,
преподаватель курса «Управление контентом в культурных институциях» в магистратуре DH-центра ИТМО, преподаватель Европейского Университета, антрополог, социолог и журналист
From Stonehenge to Las Vegas: Archaeology as Popular Culture (Cornelius Holtorf)
Я бы посоветовала обратить внимание на книгу Корнелиуса Холторфа From Stonehenge to Las Vegas: Archaeology as Popular Culture. Когда-то я изучала её в Университете Уппсалы, и с тех пор нежно храню в списке полезного и любимого.
Она посвящена археологии и, казалось бы, зачем она нужна студентам на программе по Digital Humanities? Я думаю, что в этом и заключается прекрасная особенность DH. Это поле легко и уместно аккумулирует лучшее из других дисциплин. И хотя книга рассказывает об археологии и, в частности, её репрезентации для зрителя, она может быть полезна тем DH-исследователям, которые собираются работать с любыми формами культурного наследия.
На парах по продюсированию цифрового контента для культурных институций мы со студентами обсуждали седьмую главу, в которой задаются вопросы о подлинности, аутентичности и аутентичном ожидании зрителя. И все они применимы и к широкому спектру цифрового вокруг объектов наследия.