Под каким углом правильнее всего изучать историю? С одной стороны, это гуманитарная дисциплина; с другой, исторических и археологических данных всегда не хватает, и их подлинность порой вызывает вопросы. Эту проблему неожиданно решили биологи, создав палеогенетику — науку, которая занимается анализом древней ДНК. Мы уже писали о том, как она выявляет миграции древних сообществ и распространение эпидемий, но этим ее возможности не ограничиваются. На основании генетических данных можно восстановить социальную структуру общества, выделить привилегированные группы и описать механизмы передачи власти: для этого ученым необходимо всего несколько анализов.
Анализ первый: близкородственные браки
Если представить геном как проселочную дорогу, то в некоторых местах можно обнаружить две полосы следов протекторов; это — гомозиготные участки. Они появляются, когда от обоих родителей детям передается одинаковый фрагмент ДНК. Такое возможно, только если родители сами унаследовали его от общего предка.
В случаях, когда «дубликаты» попадаются часто, можно с уверенностью заявить, что в обществе, к которому принадлежал владелец ДНК, в той или иной степени практиковался инцест. А если такие участки длинные, это однозначно указывает на союзы между очень близкими родственниками.
С помощью анализа гомозиготных участков (ROH, runs of homozygosity) специалисты могут выделить одинаковые фрагменты генома у разных людей.
Этот метод применили во время изучения неолитических захоронений в Ирландии [1]. В коридорной гробнице Ньюгрейндж ученые обнаружили останки человека, чьи родители, судя по количеству и длине «дубликатов», приходились друг другу либо родителем и ребенком, либо братом и сестрой.
Этот случай резко выделялся на фоне остальных — судя по ним, близкородственные браки в обществе не практиковались. Благодаря археологическим находкам и историческим данным ученые пришли к выводу, что могила принадлежала представителю элиты.
Появилась гипотеза о заключении династических союзов: желание сохранить «чистоту» крови объяснило бы инцестуальную связь. В отдаленных мегалитических комплексах удалось отыскать родственников этого человека. Действительно, они тоже принадлежали к знати, и только в их ДНК также прослеживалось кровосмешение. Гипотеза получила свое подтверждение.
Когда есть много людей и, следовательно, много вариантов генов, длинные гомозиготные участки встречаются редко. Если же «дубликаты» широко распространены, это говорит о маленьком размере сообщества. Генам негде было «разойтись», и они регулярно «сталкивались» в каждом организме. Поэтому для анализа можно обойтись данными одного человека: чем больше в его ДНК повторов, тем меньше было общество.
Мы знаем, что неандертальцы делились на небольшие группы [4]. Одни чаще взаимодействовали с людьми извне, другие — реже. В частности, алтайские были более изолированными.
Эти условия снижали разнообразие и усиливали кровосмешение. Группа ученых подтвердила эту теорию: до 15% генома у всех исследованных неандертальцев из Чагырской пещеры (Алтайский край) составили длинные гомозиготные участки, до 20,5% — средние. Иными словами, все приходились друг другу родственниками — в большей или меньшей степени.
Так что в некоторых случаях кровосмешение — не общественный договор, а просто единственный возможный путь размножения.
Анализ второй: происхождение и наследственность
В то время как анализ ROH рассматривает неизменившиеся сегменты ДНК в геноме одного человека, анализ участков IBD (identity by descent, «идентичных по происхождению») изучает их, сравнивая геномы нескольких людей. Таким образом, составление родословных для останков, похороненных рядом, становится значительно проще. Если объединить эту информацию с тем, как расположены тела, можно выявить гендерные роли и понять, были ли распространены многоженство или многомужество.
При раскопках на кладбищах аваров — кочевого народа, переселившегося из центральной Азии в центральную Европу в VI веке — выяснилось, что все могилы распределены по секторам [3]. Каждый сектор принадлежал близким родственникам, но такой же тесной связи с «соседями» у них не было.
Исследователям удалось составить генеалогическое древо, которое показало, что родовое наследование в этом обществе шло по мужской линии: среди мужчин оказалось в два раза больше родственников, чем среди женщин. Практически ни у кого из матерей не оказалось поблизости предков, в то время как все отцы были потомками основателей рода.
Эти данные говорят о том, что браки заключались не внутри семейной группы, а с людьми извне. При этом авары оставались относительно обособленным народом: генетический вклад местного населения составил всего 20%.
Традиция многоженства в их сообществе распространялась не только на элиту, как считалось до сих пор. Судя по полученным данным, и у мужчин, и у женщин могло быть несколько партнеров.
Более того некоторые останки, предположительно, принадлежат потомкам левиратного брака — то есть брака между вдовой и родственником-«представителем» умершего супруга (на рисунке выше участники левиратных браков объединены розовыми линиями). Одна женщина таким образом связала две большие семейные ветви: в результате двух левиратных браков у нее были дети от четырех партнеров.
Глобальные исторические события тоже можно проследить с помощью анализа IBD. Так, генетические данные показывают, что во второй половине VII века в аварском обществе произошли серьезные изменения.
Если в ранний период было десять «малых» родословных, то в среднем и позднем периодах их прослеживалось только три. Кроме того, главная линия наследования сменилась через сводных братьев по матери (на рисунке выше видно, как доминирующие в VI веке «розовые» Y-хромосомы уступили место «желтым»). Перемену подтверждают и археологические находки: традиционная погребальная утварь в этот период изменилась, культура начала новый виток.
Анализ третий: матриархат или патриархат?
Концепция рода относительна: в одних культурах он формируется по материнской линии, в других — по отцовской. Доминирующий пол можно вычислить по соотношению разнообразия митохондрий и Y-хромосом: первые наследуются только от матерей, вторые — только от отцов.
Если преемником считается сын, а дочь, вступив в брак, «уходит» в другую семью — такой уклад называется патрилинейностью. С генетической точки зрения ситуация выглядит следующим образом: в роду видна четкая наследственность по Y-хромосоме и большое разнообразие митохондрий. Если же ученые видят много вариантов Y-хромосом и мало — митохондрий, это говорит о матрилинейности, то есть наследовании по женской линии. На основе таких данных можно вычислить и половое соотношение мигрирующих групп.
Этот метод анализа использовали ученые при изучении одного кельтского племени с южного побережья Британии. Анализ захоронений показал, что в основном дуротриги представляли собой родственную группу, сосредоточенную вокруг одной материнской линии [2]. При этом большинство мужчин имело другое происхождение. Это указывает на матрилинейность и матрилокальность — систему, при которой мужья живут с семьей жены, но покоятся, как правило, со своими кровными родственниками по женской линии.
В пяти изученных парах оба супруга происходили от женщины-основательницы, но при этом не были близкими родственниками (а в ряде случаев и вовсе принадлежали к разным веткам рода). По всей видимости, дуротриги обладали глубокими знаниями своей генеалогии и учитывали эту информацию при заключении браков, избегая слишком близких союзов.
Косвенные методы: филогеографический и молекулярно-патологический анализы
Палеогенетика изучает достаточно широкий спектр тем, и для каждого аспекта существуют свои инструменты. Но, при необходимости, отчасти они взаимозаменяемы.
Так, филогеография с помощью генетических данных изучает миграционные процессы, анализирует изменения в численности и составе отдельных групп. Но косвенно она может дополнить и информацию о социальном строе: если мы знаем, откуда пришли люди, то можем понять, какую культуру и уклад они принесли с собой.
Иногда болезни свидетельствуют о том, к какому социальному слою принадлежал их носитель — для анализа таких случаев используют молекулярно-палеопатологический метод. Мог ли человек позволить себе постоянное полноценное питание и своевременное лечение, не страдал ли «династическими» недугами? Мог ли он быть пришлым и иметь нехарактерное для местных заболевание или, напротив, обладать устойчивостью к чему-то, от чего страдали все остальные?
Несмотря на то, что многие случаи патологий видны и без подобных исследований, этот способ можно применить в ситуации, когда сохранность останков не позволяет воспользоваться альтернативными путями.
Сколько нужно ученых для обработки ДНК?
Для исследования ДНК древнего человека необходимо собрать целую команду. Во-первых, понадобится археолог, который добудет материал; во-вторых, антрополог, который материал оценит; в-третьих и в-четвертых — палеогенетик и биоинформатик, которые очистят древнюю ДНК и проведут анализы. Четыре человека при самых скромных подсчетах!
Сколько людей — столько и мнений; это же касается и научных дисциплин, и методов обработки информации. Разнящиеся трактовки, неточности анализов, ошибки данных, технические сбои и различные спорные моменты неизбежны для любого исследования. Поэтому необходим комплексный подход: он позволяет создавать все более сложную и близкую к истине «летопись» нашей истории.
Источники
- Cassidy L. M., Maoldúin R. Ó., Kador T. et al. A dynastic elite in monumental Neolithic society // Nature. 2020. Vol. 582. P. 384–388. DOI: 10.1038/s41586-020-2378-6.
- Cassidy L. M., Russell M., Smith M. et al. Continental influx and pervasive matrilocality in Iron Age Britain // Nature. 2025. Vol. 637. P. 1136–1142. DOI: 10.1038/s41586-024-08409-6.
- Gnecchi-Ruscone G. A., Rácz Z., Samu L. et al. Network of large pedigrees reveals social practices of Avar communities // Nature. 2024. Vol. 629. P. 376–383. DOI: 10.1038/s41586-024-07312-4.
- Skov L., Peyrégne S., Popli D. et al. Genetic insights into the social organization of Neanderthals // Nature. 2022. Vol. 610. Vol. 519–525. DOI: 10.1038/s41586-022-05283-y.
